Почти треть российских регионов не справилась с планом по ликвидации ветхого фонда к декабрю 2025 года. Согласно отчету Счетной палаты, 32 субъекта сорвали сроки, оставив нерасселенными 14,5% запланированных площадей, что вынуждает аудиторов требовать пересмотра механизмов господдержки.

Проверка показала, что в 2023–2025 годах бюджетные средства на ликвидацию аварийного фонда использовались недостаточно эффективно. По словам аудитора Натальи Труновой, на 32 субъекта приходится 726,6 тыс. кв. м жилья, которое так и не было освобождено. В списке должников оказались Смоленская, Белгородская, Тверская и Томская области, а также Крым, Карелия и Забайкальский край.

Дефицит финансирования и управленческие пробелы

Одной из главных проблем стало невыполнение обязательств по софинансированию. В некоторых регионах реальные вложения из местных бюджетов составили менее 10% от обещанного. Антилидерами по этому показателю стали:

• Забайкальский край — 5%;
• Якутия — 7,1%;
• Ямало-Ненецкий автономный округ — 7,7%.

Аудиторы также указали на бездействие должностных лиц Минстроя, из-за которого в бюджет не вернулись 359,3 млн рублей от регионов-нарушителей. При этом общие расходы на программу с 2019 года составили внушительные 640,1 млрд рублей, из которых львиная доля — федеральные субсидии.

Жилищные сертификаты как выход из тупика

Счетная палата предлагает правительству внедрить государственные жилищные сертификаты. Сейчас самым быстрым способом переселения остается прямая выплата возмещения (занимает около месяца), но этот инструмент используется лишь в 34% случаев. Сертификаты помогут гарантировать, что бюджетные деньги пойдут именно на покупку недвижимости, а не на иные нужды.

Эксперты подчеркивают, что модернизация программы неизбежна. По мнению представителя «Народного фронта» Павла Склянчука, в ближайшие 10–15 лет нагрузка на бюджет только вырастет, так как под расселение начнет попадать массовая советская застройка — хрущевки. Депутат Госдумы Владимир Кошелев добавил, что новые инструменты должны быть ликвидными, чтобы банки и продавцы принимали их без дисконта, не ограничивая людей в выборе между «первичкой» и частными домами.